Главная » Новости » Страницы истории » Трагедия, которая потрясла мир
20 сентября

Трагедия, которая потрясла мир

памятник29 сентября текущего года человечество отметит печальную дату: ровно 61 год назад в 14 часов по московскому времени на химкомбинате «Маяк» Челябинской области произошла одна из крупнейших в мире радиационных техногенных аварий.

По большому счету, жители не только Южного, но и Западного Урала оказались заложниками той мировой политики, которую проторили США после сброса на японские города Хиросиму и Нагасаки атомных бомб в 1945 году. Пытаясь добиться превосходства над американцами, уже 8 июня 1948 года неподалеку от города Кыштым запустили первый советский реактор по производству оружейного плутония для начинки сверхмощного оружия. Что СССР и продемонстрировал, проведя испытание своей первой атомной бомбы 29 августа 1949 года.

По свидетельству очевидцев, взрыв на «Маяке» был такой силы, что в радиусе нескольких километров разлетелись стекла в домах. Солдаты, охранявшие комбинат, решили, что началась война и побежали за оружием. По счастливой случайности, никто из них не пострадал. Однако в результате выброшенных в атмосферу 20 миллионов кюри* радиоактивных веществ угроза гибели всего живого нависла над Челябинской, Свердловской, Курганской, Тюменской, Пермской областями.

Официальная статистика тех лет свидетельствовала: «Взрыв произошел в результате коррозии и выхода из строя емкости радиоактивных отходов объемом 300 кубических метров». Узнав об этом, тогдашний глава государства Никита Хрущев позвонил министру Е.П. Славскому, руководившему Минсредмашем, в структуру которого входила атомная отрасль, и отчитал его за «беспорядок»: «Через месяц 40-летие Октября. К нам приедут гости со всего мира, а вы мне такой сюрприз приготовили. Срочно вылетайте на место и разберитесь, что у вас там…»

Между тем к месту аварии уже выдвигались тысячи одетых в армейскую форму пацанов в возрасте 19 лет, 35 из которых выделил город Камышин. Грузили нас в вагоны, предназначенные для перевозки скота. Высокое начальство при этом приговаривало: «Будете служить на Кавказе в инженерных войсках». Когда же проехали станцию Балашов, поняли: движемся не на Кавказ к югу, а на Восток.

Вопреки всем ожиданиям, прибывающих к месту катастрофы новобранцев переодевали в черную форму курсантов ремесленных училищ и велели прочесывать близлежащие к «Маяку» деревни и села. Все, что находилось на нашем пути – жилые дома, хозпостройки, домашний скот и птица – подлежало немедленному уничтожению. Под нескончаемый плач людей последним внушалась мысль, что в районе Кыштыма обнаружены крупные запасы нефти, а потому и переселение гражданского населения в «безопасное» место – дело вынужденное.

Разумеется, никаких средств индивидуальной защиты никому не выдавалось. Кроме поглощения радиоактивных отходов металлическими емкостями, немалая часть вредоносных веществ по-прежнему сливалась в речку Течу. Люди все так же пили из нее воду, использовали для хознужд и… умирали от загадочных болезней. Ставить диагноз «лучевая болезнь» запрещалось даже врачам.

Первой забила тревогу по фактам катастрофы на «Маяке» датская газета «Берлингске Туденте» (13 апреля 1958 года). Свой же обет молчания о масштабах катастрофы СССР хранил вплоть до 1989 года, когда хранить его стало просто невозможно: трагедия на Чернобыльской АЭС в апреле 1986-го уже всколыхнула весь мир.

Ученые и историки в один голос утверждают: если бы не строжайший режим секретности после событий на «Маяке», нам бы удалось избежать трагедии в украинском Чернобыле. Незадолго до взрыва под Кыштымом многие видели клубы желтого дыма, извергающегося из одной емкости. Но вместо того, чтобы его локализовать, дежурная смена «Маяка» ограничилась включением вытяжной вентиляции. По оценкам Государственной комиссии, в ночь перед аварией на ЧАЭС персонал 4-го блока шесть раз грубо нарушал правила эксплуатации атомного реактора. И эту аварию власти пытались скрыть. Когда же в ситуацию вмешалось шведское телевидение, официальные советские СМИ посчитали возможным уведомить свой народ о гибели двух человек.

Да, ничто в этом мире не вечно. Из 35 «маяковцев» от нашего города в живых осталось семеро. Из 236 камышан, призванных в Чернобыль, 81 уже в мире ином. Доживая свой век на фоне мучительных болезней, Камышинское отделение «Союза «Чернобыль» пытается внушить высокопоставленным чиновникам, что истинными причинами крупнейших аварий являются не технические неполадки, не коррозия металла, а пресловутый человеческий фактор, когда верх берут непрофессионализм, безответственность и разгильдяйство. Но… Собака лает, а караван идет своей дорогой. Мы то и дело в одном месте горим, в другом взрываемся, в третьем тонем. А ведь по большому счету ни с кем не воюем.

В конце концов четвертый блок Чернобыльской АЭС накрыли бетонным саркофагом. Трагедию в Кыштыме – саркофагом информационным. Люди, пострадавшие от Чернобыля, получили хоть небольшие, но все-таки льготы. А что приобрели те, кто пострадал на востоке России? Ровным счетом – ничего. Кроме, конечно, болезней и досрочного ухода из жизни. Накроет ли павших и живых «маяковцев» хоть малейшая, но все-таки справедливость?

Молчит держава.

Александр Сунцов, Николай Шапошников, участники ликвидации последствий катастрофы на ПО «Маяк» Челябинской области

* Кюри́ (русское обозначение: Ки; международное: Ci) — внесистемная единица измерения активности радионуклида.